Аргентина по-русски

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Аргентина по-русски » Перу » Туристические поездки по Перу (очерки туристов)


Туристические поездки по Перу (очерки туристов)

Сообщений 1 страница 10 из 18

1

Пуно. Озеро Титикака. Плавающие острова Урусов

Переезжаем границу Боливии на рикшах и попадаем в Перу – страну контрастов и древних культур.  Пустыни, горные цепи Анд под 7 тысяч метров и тропические джунгли бассейна Амазонки. Древние культуры Чавин и цивилизации, из которых инки оставили самый заметный след. Им удалось соединить две различные зоны Перу – горную и тихоокеанскую береговую. Территория Перу в два раза больше Украины, а населения – в два раза меньше.  Около 200 километров едем вдоль озера Титикака (3800 м над у/м). Температура воды постоянная – около 12 градусов. Пуно – первый большой город на территории Перу. Другая культура, больший достаток по сравнению с Боливией сразу бросаются в глаза.

Пуно расположен на краю озера Титикака и знаменит своими плавающими островами Урос. Пару десятков таких островов видны в нескольких километрах от города. С незапамятных времен живут на них индейцы уру. Когда-то уру владели всеми центральными Андами, но позднее, под натиском переселенцев с севера, им не осталось другого места кроме холодных вод озера. Острова рукотворные – сделаны из тростника тотора. Его рубят и укладывают на остров. Нижний слой постепенно от воды набухает и тонет, а народ тут же накладывает новый слой. Попробовал прыгать – пружинит. А внизу – 200 метров холодной водички. Так и живут – плавают, рыбку ловят, с туристами Вась-вась. Курочки яйца несут. Тут все из тростника – дома, мебель, наблюдательные вышки. Тростник идет и вместо дров и кушать его, когда молодой, можно. Из него же и лодки делают. Где-то здесь, на Титикаке построили и лодку «РА-2» для Тура Хейердала.

Первая полоса островов – ото для бизнеса. Торгуют, принимают туристов, позируют, кормят пескадой – рыбой по-нашему. Танцуют, поют песни. На дальних островах видны постройки, более подходящие для проживания – с камышовыми стенами и металлическими крышами. Есть школа, церковь, магазин. У самых зажиточных видны солнечные батареи и спутниковые антенны.  Мужчины почти никогда не выходят на берег, а все торгово-бартерные операции и контакты с берегом совершают только женщины. Рукой воду потрогал – градусов 12. У нас бывало и похолоднее, и то купались.

http://s3.uploads.ru/SZWyv.jpg
http://s2.uploads.ru/DJCaT.jpg

Ссылка

0

2

Перу -- родина таинственного народа, создавшего величайшую цивилизацию. Сохранились руины монументальных каменных дорог, построенных инками, но нить судьбы великой империи оборвалась. Это произошло тогда, когда первый матрос Колумба ступил на землю Нового Света. И великая дорога инков стала дорогой в небытие.

В XII-XVI веках н.э. на территории современных Перу, Боливии, Эквадора Чили и Аргентины существовало огромное могущественное государство, о котором мы знаем мало достоверного и много легендарного. Мы привыкли называть его Империей инков. Сами же инки называли свое государство Тауантинсуйу -- «четыре стороны света». Инки были не народом, а наследственной элитой, правящей кастой империи. Инки верили в свою избранность: по преданию, они вели родословную от самого Солнца и строго соблюдали чистоту своей божественной крови. По их законом, верховный правитель, носивший титул Великого, мог взять в жены только свою родную сестру, а его наследником мог стать только сын от этого брака.

Многочисленные жители империи чтили своих правителей как богов и возводили в их честь великолепные храмы, дворцы, крепости и замки, строили дороги, которым в мире не было равных до второй половины XIX века. Постройки инков, руины которых сохранились до наших дней, вызывают восхищение. Инки были, может быть, самыми искусными строителями в человеческой истории. Многие европейцы, видевшие города и дороги инков, даже уже лежавшие в руинах, часто высказывают предположение, что к инкской архитектуре приложили руку неземные существа! Инкам удалось создать совершенную вертикальную социальную структуру, в которой индивид был полностью растворен в коллективе и не имел других интересов, кроме общественных. Империя инков была подобием гигантского улья или муравейника, где каждый на своем месте, не исключая королей и знать, трудился для общего блага.

ДОРОГИ ИНКОВ
Даже при сегодняшних мощных технических средствах, совершенных материалах, машинах, математических и инженерных знаниях строительство дорог в горах -- дело трудное и рискованное. Чем же, если не чудом, можно считать десятки тысяч километров разветвленной дорожной сети в труднодоступных Андах, построенной 500 лет назад народом, не знавшим железа и письма?  Для преодоления крутых склонов строились ступени и террасы, в неприступных скалах пробивались тоннели, а через пропасти перебрасывались подвесные мосты. По обе стороны дороги возводились стены высотой в человеческий рост и высаживались деревья. На самых высоких вершинах по одну и по другую сторону дороги строились высокие площадки, где путники могли отдохнуть и полюбоваться открывавшимся на многие километры великолепным видом.

В период расцвета Империя инков простиралась на многие тысячи километров и насчитывала более 10 млн. жителей. Кажется немыслимым, что короли-инки могли эффективно управлять такой огромной массой народа на столь обширной территории, не имея повозок, не зная колеса и другого транспорта, кроме ног. Оказывается, построившие свои великолепные дороги инки прекрасно обходились без колеса. Все потому, что большая часть территории, на которой они жили, была покрыта высокими горами и глубокими ущельями. Кроме того, в доколумбовой Америке не было ни лошадей, ни других животных, которых можно было бы использовать в упряжке. Колесо, конечно, было известно инкам, но считалось у них всего лишь детской игрушкой. Каждый народ идет своей дорогой…

МАЧУ ПИКЧУ
Одна из хорошо сохранившихся дорог -- тропа, ведущая из древней столицы империи города Куско в священный город инков Мачу Пикчу. Эта дорога, как и само святилище, в течение 400 лет после того, как инки его покинули, оставалась недоступной, затерянной среди гор и ущелий, покрытых тропическим лесом. Испанские конкистадоры так и не нашли путь в Мачу Пикчу, поэтому священная цитадель избежала участи других инкских городов и святынь: не была разграблена и сохранилась до наших дней. Еще и сегодня добраться туда можно только на специальном поезде или на вертолете. Мачу Пикчу, по свидетельствам очевидцев, никогда не подводит, превосходя ожидания, и всегда становится чудесным открытием. В священный город полагается идти по дороге, исхоженной в древности королями-инками и жрецами Солнца. Этот путь -- один из самых знаменитых и популярных в мире туристических маршрутов. Душу всегда лучше подготовить к высокому, и древняя тропа как нельзя лучше подходит для этой цели. Тем более что путь нелегкий, через джунгли и горные перевалы, но тем он и хорош, так как ничего стоящее не достается человеку с легкостью, без преодоления.

ОЗЕРО ТИТИКАКА
Самым интересным районом Анд является высокогорное Боливийское плато, центральную часть которого занимает озеро Титикака. Это самое большое высокогорное озеро мира лежит между Перу и Боливий  на высоте 3800 м и занимает площадь более 8 тыс. кв. км. На востоке всего какой-нибудь десяток километров отделяет Титикаку от крутых снежных склонов могучей Кордильеры-Реаль, вздымающейся над озером на три километра. А с противоположной стороны высокогорное плато постепенно поднимается к хребтам Западной Кордильеры. Около десятка горных потоков сбегает с них к Титикаке. А вытекает из него по глубокому ущелью быстрая и бурная река Десагуадеро, впадающая через триста километров в соленое озеро Поопо.

Для обитателей Альтиплано (так называют эту пустынную и холодную высокогорную равнину) Титикака является одновременно и источником воды, и поставщиком пищи, и гигантской «грелкой», смягчающей климат этого бесприютного края -- ведь температура воды в озере никогда не падает ниже 110С. Не случайно человек поселился на берегах озера еще в глубокой древности -- десять тысяч лет назад. На Титикаке более тридцати островов, расположенных большей частью на Большом плесе. Два из них считаются у местных жителей священными и носят выразительные имена: остров Солнца остров Луны. Согласно легенде инков, населявших эти острова, они принадлежали богу Солнца Титикаке и богу Луны Коати.

Сейчас потомки инков -- индейцы аймара -- обитают в бедных селениях по берегам озера Титикака. А самые древние жители долины -- индейцы уру, жившие здесь еще девять тысяч лет назад,  вытеснены пришельцами с юга на острова, причем рукотворные. Уру сами строят их из тростника – тоторы -- настилая все новые и новые слои по мере того, как нижние стебли тростника пропитываются водой и сгнивают. Точнее говоря, островки из тростника образуются в природе сами, когда отдельные стебли срастаются корневищами. На таких островках располагаются целые селения, в которых живет практически весь этот удивительный озерный народ -- более тысячи человек.

ТАЙНЫ РАВНИНЫ
Наска -- древняя цивилизация, получившая свое название по имени реки, в долине которой она существовала. Расцвет ее относится к I тыс. н.э. Главное чудо, привлекающее сюда любознательных путешественников со всего света, -- загадочные гигантские рисунки. Особенно много их на скалах вдоль Рио-Гранде и ее притоков, в чрезвычайно засушливой зоне между долинами Ика и Наска. Здешнее плато покрыто своего рода «татуировкой», которая иногда спускается по склонам. Большинство рисунков расположено на почти квадратном участке, ограниченном с севера рекой Инхенио и с юга рекой Наска. Здесь без видимой системы разбросаны сотни фигур. Некоторые из них изображают животных, другие -- птиц. Но подавляющее большинство -- это геометрические композиции из трапеций, прямоугольников, треугольников и прямых линий. На плато обнаружено 12 тыс. полос и линий, 100 спиралей, 788 рисунков, среди которых -- 50-метровые колибри, попугай и паук, 80-метровая обезьяна, кондор, простирающийся от клюва до перьев хвоста почти на 120 м, ящерица длиной 188 м и 250-метровая птица... Некоторые из геометрических фигур образованы прямыми линиями свыше 8 км в длину. Таинственные изображения долины Наска получили широкую известность после того, как были обнаружены с самолета и сфотографированы. Это произошло благодаря американскому историку и археологу Полу Косоку, который случайно открыл загадочные изображения в 1920 году. Пожалуй, это самая загадочная «книжка с картинками» в истории человечества.

ТУРИСТИЧЕСКИЕ МАРШРУТЫ
Лима, столица Перу, в которой сегодня более 7 млн. жителей, -- самый колониальный город среди испано-американских столиц. Будучи с 1542 года политическим центром южноамериканских колоний Испании, Лима являлась и центром распространения испанской культуры на континенте. Музеи города, где собраны сокровища древних цивилизаций, имеют мировую славу. Экскурсия включает осмотр архитектурных жемчужин колониальной Лимы и современных кварталов, выходящих к пляжам Тихого океана. Рестораны заслуживают особого внимания -- в них первоклассное обслуживание и великолепная кухня.

Куско -- археологическая столица обеих Америк, столица Империи инков, место драматической встречи двух цивилизаций. Город, расположенный в юго-восточной части Анд на высоте 3400 м над уровнем моря, -- самый популярный туристический центр Перу и один из наиболее посещаемых в Америке. Город и его окрестности -- это огромный музей, рассказывающий путешественнику об истории и загадках знаменитой империи.

Загадочные линии Наска -- одно из самых удивительных свидетельств, оставленных на земле древней культурой. «Официальная» гипотеза их происхождения звучит так: колоссальные изображения были сделаны людьми-астрономами, которые жили здесь более 2 тыс. лет назад. Изображения так велики, что увидеть их можно только с высоты птичьего полета.

Озеро Титикака -- самое высокогорное судоходное озеро в мире, оно расположено в горах между Перу и Боливией на высоте 3820 м над уровнем моря. Жители этих мест -- индейцы из племени урос -- селятся на плавучих островах, которые строят из тростника. Из него же «люди озера» создают и свои уникальные жилища и лодки. Среди этих людей, хранящих древние секреты мастерства создания папирусных судов, Тур Хейердал построил свой знаменитый «Кон Тики». Здесь, по словам очевидцев, можно наблюдать самый красивый в мире восход солнца.

Где рождается Амазонка. По мнению испанских конкистадоров, именно в перуанских джунглях Амазонки находилась легендарная страна несметных сокровищ Эльдорадо. Однако настоящее сокровище Амазонии -- природные богатства, фантастическое разнообразие животного и растительного мира. Вы можете отправиться в круиз по Амазонке на теплоходе или остановиться в одном из туристических центров посреди тропического леса, чтобы совершать пешие и водные экскурсии в джунгли.

Национальный парк Ману -- одна из самых больших охраняемых природных зон на планете. Он занимает более 2 млн. гектаров девственного тропического и субтропического леса и дает пристанище рекордному разнообразию животных, среди которых такие редкие исчезающие виды, как черный кайман, гигантская нутрия, ягуар. Это идеальное место для тех людей, которые хотят удалиться от цивилизации и узнать жизнь сельвы такой, как она есть.

  Анна ЛЫСЕНКО
Ссылка

0

3

Подготовка

http://s2.uploads.ru/wPics.jpg

Основной багаж наших знаний об Амазонии составляли фильмы ВВС, голливудские страшилки типа «Анаконды» и пугающие слухи о невероятно злобных рыбах-пираньях, аллигаторах, ядовитых пауках, змеях и миллиардах кровососущих насекомых. Мы слышали, что там до сих пор водятся племена индейцев-каннибалов, там очень влажно и жарко одновременно. И всё это мы собирались испытать на собственной шкуре. Шкуры наши к тому моменту задубели на ветрах холодных пустынь Боливии, обветрились в горах Кардильера Бланка, испытали на себе штормящую Титикаку. Не хватало только жарких влажных объятий тропических лесов бассейна Амазонки. Эта величайшая река нашего мира рождается от слияния двух довольно крупных перуанских рек: Укаяли и Мараньон. Именно на Укаяли и лежал наш путь. Мы хотели почувствовать рождение самой мощной реки, ощутить этот таинственный многообразный мир... Для этих целей мы летели в Пукальпу - город, находящийся рядом с Укаяли. Стюардесса выкатывает небольшой столик с напитками. Из спиртного-лишь французское шампанское и украинская водка «Nemiroff». Я изумлённо таращусь на весточку с Родины. Никогда бы не подумал, что на внутренних рейсах небольшой перуанской авиакомпании можно увидеть нашу украинскую горилку. Про Украину в Южной Америке чаще всего слыхом не слыхивали, в лучшем случае припомнят Шевченко (не Кобзаря - футболиста, конечно), кое-кто вспомнит про Чернобыль. Оставшиеся 30 минут полёта я, причмокивая и щурясь от удовольствия, медленно пью щедро налитые стюардессовской рукой 50 грамм водки. Родина помнит, Родина ждёт!

А в Пукальпе нас ждал легендарный человек, профессор амазонских наук выживания. Он участвовал в съёмках этих самых фильмов ВВС, работал со многими известными путешественниками. Звали его Гилберт. Он сын шамана, индеец-полукровка. Сейчас ему 54 года. 30 из них он водил белых «гринго» в самые дебри джунглей. Гилберт ожидал нас около входа в аэровокзал, держа в руках лист картона с надписью «Andrew Andreiev». Рядом околачивался молодой парень, похожий на Гилберта. Это был его сын Хосе. После коротких представлений и объятий мы впрыгнули в небольшой пикап-внедорожник и отправились к месту нашего ночлега.

Выход в джунгли был намечен на следующий день. Требовалось ещё подготовить лодку, докупить воду и провизию. Гилберт хотел пообщаться с нами, чтобы больше узнать о наших привычках и желаниях. Ночевать мы отправились к сестре Гилберта Елене. Она была хозяйкой небольшой гостиницы, где нам и предоставили ночлег. В ходе переговоров с нашим гидом он для себя радостно открыл, что моя жена неплохо говорит по-испански, что мы не боимся опасностей и жаждем приключений, что мы хотим увидеть дикие джунгли, пожить с индейцами, пройти шаманский обряд аяуаски. Обсудив с Гилбертом наши желания, мы окончательно составляем план пятидневной экспедиции. Завтра отправляемся в полностью автономный поход. Грузим в лодку всё необходимое. С нами отправится также его сын Хосе, который будет помогать отцу в установлении лагеря, управлении лодкой и просто по хозяйству. На этой деловой ноте мы прощаемся с нашим гидом до завтра и отправляемся в город, чтобы закупить недостающие вещи, а также несколько десятков шариковых ручек и тетрадок - для раздачи детям бедных индейских деревень.

Розовые дельфины и Осо-Перисосо
Рано утром машина Елены отвезла нас на лодочную станцию, где уже находился Гилберт, готовый отправиться в плаванье. Жарко и влажно. Лодочная станция была построена сто лет назад на берегу большого озера Аринакоча. Наверняка, именно отсюда отправлялись в свои походы бесчисленные миссионеры, вот только обратно воз-I вращались считанные единицы. Гилберт знакомит нас со своей (лодкой. Она небольшая и узконосая, I похожа на каноэ с крышей и мотором. I Гилберт построил эту лодку своими (руками и назвал её «Mi Normita» - в (честь любимой дочки. Забрасываем I рюкзаки на борт этого небольшого суд-I на - и в путь. В первый день нашего I плаванья мы должны были переплыть I озеро Аринакоча, а потом через целую систему узких проток перебраться на |реку Укаяли, там у нас должна была состояться первая ночёвка. Через час плаванья по озеру мы замечаем сидящую на дереве здоровенную игуану. Подплыв ближе, обнаруживаем среди ветвей ещё два экземпляра этих красивых ящеров. При нашем появлении они прыгают с веток дерева в воду и скрываются среди затопленных зарослей. В это время года, когда сельва почти повсеместно затоплена и аллигаторы с пираньями ушли кормиться в глубь леса, у игуан почти нет врагов, кроме человека. В августе, когда уровень воды в реке становится минимальным, пропитания становится всё меньше, и такой вот прыжок в воду мог бы закончиться разрыванием голодной стаей пираний.
   - Они даже комок земли готовы сожрать, если кинуть в воду, а игуана для них - просто дар с неба, - рассказывает Гилберт
Через час плаванья мы заходим в тихую запруду. На берегу стоит большая деревня, где Гилберт хочет познакомить нас со своей подругой, которая занимается изготовлением всяческой индейской керамики. Гуляем по деревушке. Очень жарко, и сами местные аборигены попрятались от жары в своих хижинах. Видим только периодически выглядывающие лица любопытных детишек. Дом подруги Гилберта - типичное жилище индейцев: соломенная крыша на подпорках и несколько натянутых гамаков. Керамика довольно интересная, но нет ничего готового для покупки. А жаль, очень хотелось чего-нибудь на память сторговать. Потом Гилберт выводит нас на центральную площадь этого селения, где продаются кое-какие сувениры. При нашем появлении здесь происходит явное оживление. Нас активно зазывают купить всякое ненужное барахло. Какой-то дедушка даёт моей Оле пострелять из духовой трубки в надежде, что она, восхитившись этим примитивным оружием, непременно его купит. Но мы покупаем маску и какой-то кувшин, сделанный из плода местного растения и украшенный вырезанными животными. Надо плыть дальше, до первой ночёвки ещё очень далеко, и желательно добраться до темноты. Ночью плаванье по реке - вещь опасная, течение несёт большое количество веток и даже целых деревьев.

Через полчаса плаванья озеро, наконец, кончается и начинается пет-ляние по разным протокам и каналам, которые образовались из-за сильного разлива воды. Лодок нам навстречу попадается всё меньше: цивилизация отдаляется. Плывём по затопленному лесу. Деревья стоят очень близко, поют птицы, в ветвях кто-то шуршит и дерётся. Гилберт останавливает лодку около огромного раскидистого дерева, берёт мачете и срубает несколько больших зелёных круглых плодов. Это хлебное дерево. Внутри этих плодов мы находим плоды поменьше, похожие на каштаны. Если эти каштаны обжарить на сковородке, то по вкусу их почти не отличить от картошки. Гилберт обещает пожарить их нам завтра на обед. Наконец протоки кончаются, и мы выходим на очень большую реку. Ширина её около 200 м, цвет воды мутно- жёлтый. Это и есть Укаяли. В том месте, где наша протока впадает в Укаяли, резвятся несколько речных дельфинов. Их серые небольшие плавники мелькают то тут, то там.

Пересекаем реку наискось. По пути видим несколько больших барж, до верху наполненных распиленным лесом. Это браконьеры тащат свой незаконный груз к перекупщикам в Пукальпу. Лес в Амазонии запрещено вырубать, бесконтрольная вырубка джунглей уже привела к серьёзным климатическим изменениям. Но на добыче древесины сидит настоящая мафия, которая не гнушается и убийствами тех, кто пытается им помешать рубить сельву. Когда-то на берегах местных рек стояли огромные деревья - по нескольку десятков метров высотой, - на которых находило приют много живности, особенно в период разлива реки. Сейчас этого почти нет. Всё уничтожено.

Подплываем к небольшому песчаному острову, на берегу которого чинно расхаживают большие важные птицы, похожие на крупных цапель. Наша лодка их не пугает, и они продолжают ходить взад-вперёд по островку. Неожиданно рядом с лодкой раздаётся шумный всплеск и показывается рябая розовая спина большого дельфина.
   - Вот и розовые пожаловали, - говорит Гилберт.
Моя жена тут же залезает в реку. У неё, оказывается, была своя потаённая мечта - поплавать бок о бок с розовыми амазонскими дельфинами. Дельфины эти очень пугливы и не подпускают к себе ближе, чем на пять метров. Но и этого хватает, чтобы получить массу удовольствия, купаясь с десятком этих грациозных созданий. Сворачиваем с Укаяли в очередную протоку и углубляемся в джунгли. То тут, то там на деревьях сидят игуаны. Солнце начинает клониться к закату. Вдруг Гилберт указывает на группу деревьев у реки и говорит, что там укрылось Осо-Перисосо. Мы с Олей озадаченно пытаемся рассмотреть это таинственное существо. «Осой-Перисосой» оказался небольшой ленивец, который нехотя обдирал листья какого-то дерева и также нехотя засовывал их в рот. К вечеру «Перисосы» просыпаются и начинают кушать, тогда-то и можно увидеть их в движении. Большее же время суток они спят. В сумерках наша лодка пристаёт к небольшому островку, поросшему деревьями. Там у Гилберта подготовленная стоянка для ночёвки. Нас начинают  одолевать москиты. Приходится надеть рубашки с длинными рукавами и обрызгаться с головы до ног репеллентами.

Наконец, наш москитный домик на двоих готов. Он представляет собой палатку из тонкой прозрачной сетки,  на полу - полиэтилен и несколько матрасов, да пара подушек. Выглядит это очень уютно, и сразу хочется спать. Быстренько ныряем  внутрь палатки. Вместе с нами успевают просочиться с  десяток москитов, и мы несколько минут заняты уничтожением кровососущих тварей. Гилберт на лодке начинает греметь сковородками и кастрюлями, и через 15 минут он появляется в лучах фонарика с подносом в руках. На подносе - большое блюдо с жареной рыбой и два стакана апельсинового сока. Рыба оказалась невероятно вкусной, очень похожа на нашу балаклавскую барабульку, только плоская и больше размером. Называется она пеламида.

Быстро слопав угощение, мы, скромно потупив очи, попросили добавки. Наш неутомимый гид, озадаченно почесав свою седую голову, пошёл на лодку, где опять принялся греметь сковородками и кастрюльками. Добавка была уничтожена с такой же скоростью. Выключаем фонари и ложимся спать. Вокруг начинается невероятное феерическое представление: летают тысячи светлячков, ночные звуки джунглей придают этому зрелищу какой-то мистический вид. В пяти метрах от нас начинает кто-то громко квакать, потом раздаётся всплеск - и кваканье обрывается на самой высокой ноте. Судя по всему, квакушку скушали. Под шорохи ночного леса мы тихо засыпаем.

По грудь в воде
Семь утра. Гилберт с Хосе уже вовсю заняты приготовлением нашего завтрака. Мы умываемся, чистим зубы и перья, интересуемся у Гилберта происхождением ночных звуков. Он рассказывает, что ночью приходила капибара (довольно крупный местный грызун), а также бродило травоядное животное (название, к сожалению, не запомнили) ростом около полуметра; в кустах около острова чего-то (или кого-то) не поделила парочка аллигаторов. А под утро в деревьях над нами устроила разборки небольшая стайка обезьян. Быстро завтракаем и собираемся. Снимаем лагерь, грузим всё в лодку и отправляемся в плаванье. Через час пути показывается небольшая деревня из двух десятков домов на сваях: всё вокруг покрыто водой. Мужчины возятся с мотором у единственной лодки, женщины заняты хозяйством. При виде нас от группы мужчин отделяется невысокого роста мужичок. Он приветливо машет Гилберту и с интересом разглядывает нас. Они обмениваются несколькими фразами на местном диалекте. Мужичок оказался вождём этого племени. Здесь нам предстоит ночевать. Сюда мы вернёмся вечером, и племя покажет нам небольшой концерт. Также Гилберт интересуется рыбой на продажу. Вождь говорит, что рыбацкая команда уже отправилась на улов, и, если всё будет хорошо, то они смогут продать нам часть этого улова. Гилберт говорит, что тут мы оставим все купленные нами в Пукальпе тетрадки и ручки. В этой деревне очень бедно живут, электричества нет, заняться особо нечем. Вот местные жители и занимаются по вечерам деланьем детей. Детей поэтому очень много, тетрадок и ручек на всех не хватает. Государство почти не помогает с образованием подрастающего поколения. Плывём чуть больше часа по какой-то протоке среди густых зарослей и выплываем к небольшому красиво му озеру. Лодка углубляется в сельву, пока не упирается в густое переплетенье ветвей и лиан.
   - Ну, готовы к приключениям? - спрашивает нас Гилберт и достаёт из недр лодки 3 пары резиновых сапог. Теперь понятно, для чего он ещё в Пукальпе интересовался размером нашей обуви.
   - Мы сейчас отправимся смотреть одно из последних оставшихся великих деревьев. Сюда браконьеры ещё не добрались. Это дерево мне показал мой папа ещё 50 лет назад. Так я к нему и хожу каждый год зарядиться могучей силой джунглей, - рассказывает нам Гилберт.
   Он быстро надевает резиновые сапоги, достаёт своё острое мачете и погружается по грудь в воду. Мы проделываем то же самое. Я укладываю видео- и фотоаппаратуру в специальный водонепроницаемый мешок. Прыгаю в воду. Моя жена уже в воде и озадаченно осматривает большую палку, которую ей вручил Гилберт. Наш провожатый в этот момент вырубает вторую такую же палку для меня.
   -    Это для ходьбы по затопленным джунглям. Уровень воды ещё большой, и, может быть, даже придётся плыть, - комментирует свои действия Гилберт.
 
На лодке остаётся за дежурного Хосе, а мы отправляемся в путь. Идущий впереди Гилберт буквально прорубается через заросли лиан и разных деревьев, скорость движения не очень большая, и, спустя час пути, у моей супруги от холода начинают привычно стучать зубы.
   - Вот скажи, Гилберт, - вопрошает Оля, - а часто твои клиенты решаются на такое путешествие?
   - Нет, не часто. Они боятся плавающих в воде пираний, аллигаторов и анаконд, - говорит Гилберт, - но я был уверен, что вы пойдёте, - улыбаясь, добавляет он.
   - А чего они боятся? Ведь ты же говоришь своим клиентам, что пираний и аллигаторов здесь нет, - снова интересуется Оля.
   - Как это нет? - возмущается Гилберт. - Вокруг их много, только они нас не атакуют.
   От этих слов Ольге становится не по себе, и мы с Гилбертом принимаемся её успокаивать. Наш гид рассказывает, что он хорошо знает, как себя вести в опасной ситуации. В качестве доказательства демонстрирует здоровенный шрам на руке...
- Осталось на память о нашей встрече с аллигатором в этом месте несколько лет назад, - улыбаясь, говорит он.
   Теперь и мне становится не по себе. Воды уже не по грудь, а по подбородок, и всё чаще приходится плыть, отталкиваясь палкой от дна. Наконец, через час с лишним нашего путешествия мы добираемся до огромного раскидистого дерева lupuna. Оно возвышается над сельвой на два с лишним десятка метров. На таком дереве могла бы поселиться целая индейская семья. Гилберт благоговейно прикасается к большому корню, торчащему из воды, и, закрыв глаза, что-то тихо шепчет.
   - В Гватемале растут похожие, под названием seiva. У местных индейцев они считаются святыми, и их не рубят так, как здесь, - грустно говорит Гилберт.
   Путь обратно к лодке занял немногим более часа, мы устали и ползли, цепляясь за ветки и лианы, со скоростью черепахи-скорохода. Покусанные москитами, но абсолютно целые, мы добрались до нашего маленького судна.
 
Пришвартовавшись к дому вождя, мы увидели, что нас ожидает несколько нарядно одетых индейцев и несколько десятков тихо перешептывающихся детишек. Нас ждали, чтобы начать представление. Нас усадили во главе большого деревянного помоста рядом с вождём и Гилбертом. Недалеко от моей головы располагался небольшой плетёный гамак с лежащим там старым индейцем. По словам Гилберта, это был старый шаман племени, он чего-то приболел и концерт местной самодеятельности провёл в самом удобном месте - в гамаке. После концерта мы передали вождю купленные нами тетрадки и ручки, а также пообещали передать с Гилбертом ещё столько же после возвращения в Пукальпу. Мы просто не рассчитывали, что детей тут так много. Все разошлись по своим хижинам. К дому вождя подплыло довольно большое каноэ. Это вернулись рыбаки с уловом. Улов был неплохим: дно лодки было завалено рыбой, основное количество которой составляла известная нам пеламида. Пока разгружали лодку, Гилберт купил у вождя четыре килограмма рыбы. Помимо пеламиды в лодке были: рыба-кот, названная так из-за своих огромных усов, несколько небольших пираний, а также амазонская сардина и ещё три не запомнившихся нам вида рыб, но на деле оказавшиеся очень вкусными. На ужин Гилберт, чтобы не просили   добавки,   приготовил   столько жареной рыбы, что мы еле выползли из-за стола. На закате к деревне пришла большая группа серых дельфинов, которые развлекали всех до позднего вечера. Сплавав в туалет, мы стали готовиться ко сну. Походы в местный туалет - вообще отдельная песня. Если кто-то хочет справить нужду, он берёт каноэ и плывёт в лес, в специально отведённое место. Ночью это можно делать прямо с помоста домика: самому на каноэ в темноте в лес лучше не соваться. Тем более, что фонарик был только у нас и у Гилберта, всё остальное население деревни обходилось несколькими свечками.

К нам в палатку неожиданно пришёл Гилберт и пригласил прокатиться по ночной сельве с вождём. Они хотят показать нам аллигаторов во всей красе: ночью их легко заметить по мерцающим красным глазам. Садимся в каноэ с мотором, двигатель работает оглушительно громко. Вождь - у руля, а Гилберт с фонарём - на носу. Первые красныеглазадовольнокрупногоэкземп-ляра мы замечаем в том районе, где у деревни общественный туалет. Мне становится опять не по себе. В туалет здесь я точно больше не пойду. Плывём дальше. Гилберт ищет место, где бы мы могли подобраться к аллигатору почти вплотную. Так мы проводим около двух часов. Действительно, удаётся подобраться довольно близко, но потом аллигаторы уходят под воду. На обратном пути Гилберт издаёт низкий горловой звук, похожий на громкое внутриутробное кваканье. В ответ нам из недалеко расположенной рощицы несётся такой же звук, но намного более грозный.
   -    Это ответила самка аллигатора. Очень крупный экземпляр, опасная и, скорее всего, с детёнышем. В общем, надо плыть отсюда, пока не нарвались, - говорит вождь и ускоряет лодку.
   Боковым зрением я замечаю плывущую параллельно нам небольшую, около метра длиной, чёрно-красную змею.
   -    А вот это - самая настоящая смерть в джунглях, - говорит Гилберт.
-    Если укусит, то вряд ли успеешь дом чаться до города. К счастью, она спешит по своим делам и мы её не интересуем. Добираемся до деревни и до палатки. Начинает накрапывать дождик, и очень хочется спать. Вокруг лежат в москитных сетках усталые индейцы и мы, парочка украинских путешественников на другом краю земли. Сон приходит быстро и незаметно.
Андрей и Ольга Андреевы
Ссылка

0

4

Очень интересно... Как разнообразен мир и как хочется всюду побывать и всё потрогать своими руками!

0

5

Очень жаль, что совсем почти нет фотографий... Например, таких:
http://s3.uploads.ru/t/J8v0R.jpg

А ещё очень бы хотелось увидеть серых и розовых дельфинов...

0

6

Это не фото ,а жесть.

0

7

А вот представляешь, какой кайф туристам почесать этого чудовища под горлышком?! :crazy:  :crazyfun:  %-)

0

8

Его по ходу подцепили чем то.

0

9

Да нет, это он выпрыгнул, а мужик его бамбуковой палкой по башке успокаивает... :D

0

10

Он наверное с палкой простоял не меньше часа, а второй курицу над водой держал.

0


Вы здесь » Аргентина по-русски » Перу » Туристические поездки по Перу (очерки туристов)